Тайное оружие паразитов. Часть 2
Мнение психиатра
Вторжение в мозги – это не такая простая процедура
Откровения Бориса Ратникова комментирует Михаил Виноградов, доктор медицинских наук, профессор, руководитель Центра правовой и психологической помощи в экстремальных ситуациях, занимающийся исследованием экстрасенсорных способностей человека более 40 лет.
– С конца 1976-го до начала 1990-х годов по постановлению ЦК КПСС и Совмина я руководил Центром специальных исследований, – говорит Михаил Викторович. – После этого многие годы возглавлял службу по психолого-психиатрической защите войск и населения. Я анализировал все исследования по пси-воздействиям в России. И знал лично многих людей, причастных к созданию этих методов. Имя Бориса Ратникова в этом контексте мне неизвестно.
Исходя из его «личного дела», он был банальным шпионом, причём со знанием персидского языка, то есть, служил в восточных странах, где пси-оружие не разрабатывалось. Приоритеты были всегда и остаются только у нашей страны, Японии и США. И он не мог иметь доступ к секретным документам на эту тему ни у нас, ни за рубежом. А если получил, значит, они краденые на продажу. Но вообще, на мой взгляд, его рассказ о пси-оружии дилетантский.
– Так ведутся разработки в области психотроники или нет?
– Конечно, ведутся. Есть разработки психотронного оружия. Есть экстрасенсы, которые могут «влазить» в чужие мозги. Есть методы защиты от экстрасенсорного воздействия. Но всё это носит совершенно секретный характер! Вот у меня режим секретности самый высокий, что мне позволяет входить в любой кабинет и получать информацию в той области, в которой я работаю.
Ниже режимы секретности «1», «2» и «3» – самый слабый, ограничивающий доступ к информации по сравнению с моим режимом в несколько раз. Так вот я обладаю всей полнотой информации, касающейся пси-оружия, но не имею никакого права её распространять в СМИ. Потому что это совсекретная информация. И я знаю всех тех, кто имеет такой же, как у меня, режим. Среди них нет Ратникова. А значит, он не имел и не имеет допуска к этим государственным тайнам.
– Тогда, чего хотел добиться генерал, слив нам эту информацию?
– Получить известность в России и в США, где он собирается издать свою книгу, и заработать на своей славе деньги. Впрочем, за такую болтовню его могут разжаловать и посадить.
– Но вы же сказали, что Ратников не мог иметь доступ к настоящим документам, значит, то, что он нам рассказал, неправда?
– Он вам старую информацию выдал за новую. То, что у многих руководителей стран были секретные лаборатории по пси-воздействию, давно известно. То, что экстрасенсы существуют и действительно демонстрируют чудеса, показала программа «Битва экстрасенсов» на ТНТ, где я присутствовал в качестве члена жюри. То, что все спецслужбы мира интересовались и интересуются экстрасенсорикой, изучают людей, обладающих феноменальными способностями, и наиболее сильных используют в своих целях, это тоже давно не секрет.
Но военные не имеют права даже такую информацию разбазаривать налево и направо. Вот, например, уполномоченный по правам человека в РФ Владимир Лукин знает много по данной тематике, но держит язык за зубами. Много генералов – и отставных, и реально действующих, – которые владеют этой информацией, но в газеты не бегут секреты выбалтывать.
– По словам генерала, в арсенале спецслужб есть несколько сильных экстрасенсов, которые могут «читать» мысли известных политиков. Это действительно возможно?
– Вторжение в мозги – это не такая простая процедура, как описывает Ратников. Контакт может произойти только при соблюдении нескольких условий: во-первых, нужен личный контакт – воздействие на поведение другого человека с расстояния в сотни километров – это бред (здесь профессор явно лукавит. О возможности такого воздействия написал академик Николай Левашов в своей книге «Зеркало моей души». – Д.Б.). Во-вторых, необходимо, чтобы сам испытуемый разрешил «прочесть» его мысли. В-третьих, испытуемый должен уметь полностью психологически расслабиться, чтобы стать открытым для проникновения в свой мозг.
Согласитесь, что не всякий политик, да и любой человек захочет выполнить все эти требования, чтобы «покопались» в его мозгах. Кроме того, поскольку для экстрасенсорного воздействия нужен личный контакт, служба охраны никогда к политикам случайных людей не подпустит.
– Пси-оружие – это методики или некие аппараты?
– Специальные технологии, приборы, установки. Например, в конце 1960-х, начале 1970-х один из спеццентров пытался создать электронную пушку, воздействующую на психику инфразвуком – низкочастотными колебаниями, от которых охватывает непреодолимый ужас. Считается, что именно инфразвук, возникающий в Бермудском треугольнике, заставляет команды покидать корабли – те, которые находили там без единого человека. Пока создать такую пушку не удалось, но разработки не прекращаются.
– Я согласна провести на себе опыты по воздействию пси-оружия. Можете направить меня к его разработчикам?
– Нет. Все подобные опыты проводят в военных лабораториях только на добровольцах из числа собственных сотрудников – военнослужащих. И хочу специально подчеркнуть для читателей «КП»: ни на обычных здоровых людях, ни на психически больных никакие опыты не проводятся! По одной простой причине: это бесполезно для учёных. Потому что нужно, чтобы испытуемый мог после окончания эксперимента профессионально объяснить, что с ним происходило, что он чувствовал, и дать рекомендации по совершенствованию методов пси-воздействия...
