Идиотский марш
Олег Верещагин
Пролог... или финал?
«…Бессилие целых народов, поражённых духовной чумой, навлекает полчища хищников, сбивающихся для кровавого пира в громадные стаи, как сбиваются для охоты, оставленные без человеческого присмотра одичалые собаки... К несчастью, у большинства людей короткая память...
И началу военных бед нередко предшествовали десятилетия, а то и столетия внешнего покоя, когда люди уверяются в неизменности жизни, считая мировые потрясения невозвратно далёкими, и живут уже не для общества, а только для себя, превыше всего ставят удовольствия и личные блага, вернейшим убежищем почитают домашний мирок, позволяя душе зарастать плесенью себялюбия, корысти, презрения или равнодушия...
И вождей своих почитают не по действительным их заслугам и самоотречению в государственном труде, а по титулам и количеству золотой мишуры... И невдомёк было... что... армии, как и государства, отданы в руки людей ни на что не способных или прямых врагов. Эти хитрые пришельцы... втирались во все области государственной жизни, продвигая наверх своих, а не удавалось – толкали бездарнейших чиновников и военачальников...
Для оболванивания народа устраивались пышные торжества и празднества по всякому поводу и без повода за счёт государственной казны. Молодёжь развращали соблазнами “красивой” и лёгкой жизни, даже вводили в моду женоподобные наряды для мужчин, чтобы их не влекло к мечу и боевому коню.
Певцов и сказителей, воспевающих народных героев, сменили услужливые барды, поющие о любовных страстишках, прелестях наложниц, альковном сумраке да чаше с вином. В те дни в зрелищных балаганах и прямо на открытых площадях нагло бесстыдствовали полуобнажённые красотки, привлекая толпы зевак; героя повсюду заменил дураковатый клоун, пошляк или проходимец, умеющий устраивать любовные делишки, набивать кошель, пить вино и драться в корчме, но не на поле боя, где враг – настоящий.
Наглая, изворотливая бездарность царствовала во всей жизни... Одни рабы да бесправные бедняки трудились на полях и в ремесленных домах... ибо труд, вскармливающий силы народа, считался уже недостойным свободных граждан... Пока окружённые толпами подхалимов государи наслаждались славословием в свою честь, вся власть уходила в руки жуликов, и корпорации государственных воров набирали невероятную силу...
Чтобы государство погибло, достаточно сделать презираемым труд пахаря, кузнеца и воина, а сделано было куда большее.
Если же кто-то пытался поднимать голос против всеобщей бездуховности, против продажности чиновников, пошлых и убаюкивающих народ песнопений, против сплочённого общества тайных и явных изменников, против начальствующих лодырей и дураков, его или тихо устраняли, или яростным хором обвиняли в очернительстве, ортодоксальности, опасной агрессивности, даже в бунте и подрыве устоев!
Печальнее всего, что и духовные столпы государств оказались заражены общей чумой. Вместо того, чтобы изживать чумных крыс, они, в лучшем случае, припугивали народ божьим гневом…»
(В. Возовиков. «Эхо Непрядвы»)
На одном из сайтов города Томска, где обсуждали мою статью «Воспитание воина», я наткнулся на следующее сообщение одной из читательниц: «В детсаду, куда ходит мой ребёнок, строго запрещены любые виды игрушечного оружия. Даже меч пластмассовый мальчишке не разрешили принести. Зато на 8 марта готовят номер, где мальчики в платьицах спляшут русский танец. И только одному из 14 пацанов родители не позволили в этом участвовать...»
Читатель, скажи мне... ЭТО ФИНАЛ?
Образованщина
Когда много читаешь – совершенно неожиданно, бывает, получаешь информацию о самых разных предметах из очень странных источников. Есть такой писатель – и замечательный врач-ветеринар, и очень добрый и смелый человек – шотландец Джеймс Хэрриот. В самом начале 60-х годов ему довелось побывать с визитом – он сопровождал груз элитных животных – в нашей стране.
Далёкий от политики и честный человек, Хэрриот написал интересные и весёлые путевые заметки, в которых масса подмеченных сторонним свежим взглядом черт и чёрточек жизни тогдашнего СССР. В числе прочего Хэрриот – у себя на родине председатель родительской ассоциации – посетил «наобум», без какой-либо предварительной договорённости – одну из наших школ. И вот, что он пишет:
– Жизненный уровень учителей у вас ниже, чем у нас, – заметила одна из моих собеседниц.
Что я мог ответить? Одеты они все были прекрасно и, видимо, преуспевали. У меня сложилось впечатление, что быть учителем в России – очень престижно.
– А что такое «экзамен для одиннадцатилетних»?
Я попытался объяснить в силу своих возможностей, как в этом возрасте школьникам устраивается проверка на уровень развития умственных способностей, чтобы определить, какой тип образования подходит каждому. Вот уж тут они меня хорошо поджарили! В хор женских голосов, как басовая нота органа, ворвался звучный голос заместителя директора:
– Распределять детей по способностям, как вы говорите, не имеет ни малейшего смысла! – Он явно был человеком с твёрдыми понятиями. Я повернулся к нему:
– А у вас все категории учатся в одном классе?
Китти перевела его ответ.
– У нас все дети – способные! – сказано это было с глубоким убеждением и абсолютной серьёзностью. (Выделено автором статьи).
Из дальнейшего разговора я узнал, что в университеты поступает большой процент выпускников, и что для повышения образования весьма популярны вечерние учебные заведения. Собственно говоря, многие русские именно таким способом заканчивают школу, а затем университет или институт...»
Мне сейчас немного странно читать эти строчки. Я так и представляю себе короткий диалог двух мужчин – хороших людей, но... из разных миров. И отличный человек Дж. Хэрриот просто не может понять, что завуч на самом деле не шутил, говоря эту фразу: «У нас все дети – способные!» Отсюда и яростное неприятие советскими педагогами тестового «экзамена для одиннадцатилетних» – фактически, сегрегации детей не по умственному развитию, а по социальному положению.
Так как ясно – а Хэрриот так и не понял! – что ребёнок из обеспеченной семьи на этом пресловутом «экзамене» покажет результаты лучшие, чем ребёнок фермера или рабочего (людей, о которых Хэрриот пишет в своих отличных книгах с такой любовью и теплотой!). Просто потому, что вырастет к одиннадцати годам в мире, где есть книги, радио, телевизор – конечно, за деньги, и за хорошие.
А в каком мире вырастет сын английского фермера – человека, в дом которого электричество пришло лишь в 60-х годах ХХ века?..
